Счастливый принц

На высокой колонне, над городом, стояла статуя Счастливого Принца. Принц был покрыт сверху до низу листочками чистого золота. Вместо глаз у него были сапфиры, и крупный алый рубин сиял на рукоятке его шпаги.
Все восхищались Принцем.
– Он прекрасен, как флюгер-петух! – молвил некий городской советник, жаждавший прослыть за тонкого ценителя искусств. – Но, конечно, флюгер полезнее! – прибавил он тотчас же, опасаясь, что его уличат в непрактичности; а уж в этом он не был повинен.
– Постарайся быть похожим на Счастливого Принца! – убеждала нежная мать своего мальчугана, который все плакал, чтобы ему дали луну. – Счастливый Принц никогда не капризничает !
– Я рад, что на свете нашелся хоть единый счастливец! – бормотал гонимый судьбой горемыка, взирая на эту прекрасную статую.
– Ах, он совсем как ангел! – восхищались приютские девочки, толпою выходя из собора в ярко-пунцовых пелеринках и чистых белоснежных передниках.
– Откуда вы это знаете? – возразил учитель математики. – Ведь ангелов вы никогда не видали.
– О, мы часто их видим во сне! – отозвались приютские девочки, и учитель математики нахмурился и сурово взглянул на них: ему не нравилось, что дети видят сны.
Как-то ночью пролетала тем городом Ласточка. Ее подруги, вот уже седьмая неделя, как улетели в Египет, а она задержалась тут, потому что была влюблена в гибкую красавицу-тростинку. Еще ранней весною она увидала ее, гоняясь за желтым большим мотыльком, да так и застыла, внезапно прельщенная стройностью ее девичьего стана.
– Хочешь, я полюблю тебя? – спросила Ласточка с первого слова, так как любила во всем прямоту; и тростинка поклонилась ей в ответ.
Тогда Ласточка стала кружиться над нею, изредка касаясь воды и, оставляя за собой серебряные струи. Так она выражала любовь. И так продолжалось все лето.
– Что за нелепая связь! – щебетали остальные ласточки. – Ведь у тростинки ни гроша за душою и целая куча родственников.
Действительно, вся эта речка густо заросла камышом. Потом наступила осень, и ласточки все улетали.
Когда все они улетели, Ласточка почувствовала себя сиротою, и эта привязанность к тростинке показалась ей очень тягостной.
– Боже мой, ведь она как немая, ни слова не добьешься от нее, – говорила с упреком Ласточка: – и я боюсь, что она кокетка: флиртует со всяким ветерком.
И правда, чуть только ветер, тростинка так и гнется, так и кланяется.
– Пускай она домоседка, но ведь я-то люблю путешествовать, и моей жене не мешало бы тоже любить путешествия.
– Ну что же, полетишь ты со мною? – наконец спросила она, но тростинка только головой покачала; она так была привязана к дому!
– Ах, ты играла моею любовью! – крикнула Ласточка. – Прощай же, я лечу к пирамидам! – И она улетела. Целый день летела она и к ночи прибыла в город.
– Где бы мне здесь остановиться? – задумалась Ласточка. – Надеюсь, город уже приготовился достойно встретить меня?
Тут она увидела статую за высокой колонной.
– Вот и отлично. Я здесь и устроюсь: прекрасное местоположение и много свежего воздуху.
И она приютилась у ног Счастливого Принца:
– У меня золотая спальня! – разнеженно сказала она, озираясь. И она уже расположилась ко сну и спрятала головку под крыло, как вдруг на нее упала какая-то тяжелая капля.
– Как странно! – удивилась она. – На небе ни единого облачка. Звезды такие чистые, ясные, – откуда же взяться дождю? Этот северный климат Европы ужасен. Моя тростинка любила дождь, но она ведь такая эгоистка.
Тут упала другая капля.
– Какая же польза от статуи, если она даже от дождя неспособна укрыть. Поищу-ка себе пристанища где-нибудь у трубы на крыше. – И Ласточка решила улетать.
Но не расправила она еще крыльев, как упала и третья капля.
Ласточка посмотрела вверх, и что же увидела она!
Глаза Счастливого Принца были наполнены слезами. Слезы катились по его золоченым щекам. И так прекрасно было его лицо в сиянии лунных лучей, что Ласточка преисполнилась жалостью.
– Кто ты такой? – спросила она.
– Я Счастливый Принц.
– Но зачем же ты плачешь? Ты меня промочил насквозь.
– Когда я был жив и у меня было живое человеческое сердце, я не знал, что такое слезы, – ответила статуя. – Я жил во дворце San-Souci, куда скорби вход воспрещен. Днем я в саду забавлялся с товарищами, а вечером я танцевал в главной зале. Сад был окружен высокой стеною, и я ни разу не догадался спросить, что же происходит за ней. Вокруг меня все было так роскошно! «Счастливый Принц» – величали меня приближенные, и вправду я был счастливый, если только в наслажденьях счастье. Так я жил, так и умер. И вот теперь, когда я уже не живой, меня поставили здесь, наверху, так высоко, что мне видны все скорби и вся нищета, какая только есть в моей столице. И хотя сердце теперь у меня оловянное, я не могу удержаться от слез.
«А, так ты не весь золотой!» – подумала Ласточка, но, конечно, не вслух, потому что была достаточно вежлива.
– Там, далеко, в переулке, я вижу убогий дом, – продолжала статуя тихим мелодическим голосом. – Одно окошко открыто, и мне видна женщина, сидящая возле стола. Лицо у нее изможденное, руки огрубевшие и красные, они сплошь исколоты иголкой, потому что она швея. Она вышивает цветы страстоцветы на шелковом платье прекраснейшей из фрейлин королевы, для ближайшего придворного бала. А в постельке, поближе к углу, ее больное дитя. Ее мальчик лежит в лихорадке и просит, чтобы ему дали апельсинов. У матери же нет ничего, только речная вода. И вот этот мальчик плачет. Ласточка, Ласточка, крошка-Ласточка! Не снесешь ли ты ей рубин из моей шпаги? Ноги мои прикованы к моему пьедесталу, и я не в силах сдвинуться с места,
– Меня ждут, не дождутся в Египте, – ответила Ласточка. – Мои подруги кружатся над Нилом и беседуют с пышными лотосами. Скоро они полетят на ночлег в усыпальницу великого царя. Там почивает он сам, фараон, в своем роскошном гробу. Он закутан в желтые ткани и набальзамирован благовонными травами. Шея у него обвита бледно-зеленой нефритовой цепью, а руки его, как осенние листья.
– Ласточка, Ласточка, крошка-Ласточка! Останься здесь на одну только ночь и будь моею посланницей. Мальчику так хочется пить, а мать его так печальна.
– Не очень-то мне по сердцу мальчики. Прошлым летом, когда я жила над ракою, дети мельника, злые мальчишки, швыряли в меня каменьями. Конечно, где им попасть! Мы, ласточки, слишком увертливы. К тому же мой род знаменит быстротой, но все же в этом швырянии камней, по-моему, мало почтительности.
Однако Счастливый Принц был так опечален, что Ласточка пожалела его.
– Здесь очень холодно, – сказала она: – но ничего, эту ночь я останусь с тобою и буду у тебя на посылках.
– Благодарю тебя, крошка-Ласточка, – молвил Счастливый Принц.
И вот Ласточка выклевала крупный рубин из шпаги Счастливого Принца и полетела с этим рубином над городскими крышами. Она пролетала над колокольней собора, где беломраморные изваяния ангелов. Она пролетала над королевским дворцом и слышала звуки танцев. На балкон вышла красивая девушка, и с нею ее возлюбленный.
– Какое чудо эти звезды, – сказал ей возлюбленный – и какое чудо власть любви.
– Надеюсь, мое платье поспеет к придворному балу, – ответила она ему. – Я велела на нем вышить страстоцветы, но швеи ведь так ленивы.
Она пролетала над ракою и видала огни на корабельных мачтах. Она пролетала над Гетто и видела старых евреев, заключающих между собою сделки и взвешивающих монеты на медных весах. И, наконец, она прилетала к убогому дому и посмотрела туда. Мальчик метался в жару, а мать его крепко заснула, – она так была утомлена. Ласточка пробралась в каморку и положила рубин на стол, рядом с наперстком швеи. Потом она стала беззвучно кружиться над мальчиком, навевая на его лицо прохладу.
– Как мне стало прохладно! – сказал ребенок. – Значит, я скоро поправлюсь. – И он впал в приятную дремоту.
А Ласточка возвратилась к Счастливому Принцу и рассказала ему обо всем.
– И странно, – прибавила она: – хотя на дворе и стужа, мне теперь нисколько не холодно.
– Это потому, что ты сделала доброе дело, – объяснил ей Счастливый Принц.
И Ласточка задумалась над этим, но тотчас же задремала. Стоило ей задуматься, и она впадала в дремоту.
На рассвете она полетела на речку купаться.
– Странное, необъяснимое явление! – сказал профессор орнитологии, проходивший в ту пору по мосту. – Ласточка – среди зимы!
И он напечатал об этом в одной из местных газет пространное письмо в редакцию. Все цитировали это письмо: оно было наполнено словами, которых ни один не понимал.
«Сегодня же ночью – в Египет!» – подумала Ласточка, и сразу ей стало весело.
Она осмотрела весь город, каждый общественный памятник и долго сидела на шпиле соборной колокольни. Куда бы она ни явилась, воробьи принимались чирикать: «что за чужак! что за чужак!» – и звали ее знатной иностранкой, что было для нее чрезвычайно лестно.
Когда же взошла луна, Ласточка вернулась к Счастливому принцу.
– Нет ли у тебя поручений в Египет? – громко спросила она. – Я сию минуту улетаю.
– Ласточка, Ласточка, крошка-Ласточка! – молвил Счастливый Принц. – Останься на одну только ночь.
– Меня ожидают в Египте, – ответила Ласточка. – Завтра подруги мои полетят на вторые пороги Нила. Там гиппопотамы лежат в тростниках, и на великом гранитном престоле восседает там бог Мемнон. Всю ночь он глядит на звезды, а когда засияет денница, он приветствует ее радостным кликом. В полдень желтые львы сходят к реке на водопой. Глаза у них – зеленые бериллы, а рев их громче, чем рев водопада.
– Ласточка, Ласточка, крошка-Ласточка! – молвил Счастливый Принц. – Там, далеко, за городом я вижу в мансарде юношу. Он склонился над столом, над бумагами. Перед ним завядшие фиалки. Его губы алы, как гранаты, его черные волосы вьются, а глаза его больше и мечтательные. Он торопится закончить свою пьесу для директора театра, но он слишком озяб, огонь догорел у него в очаге, и от голода он лишается чувств.
– Хорошо, я останусь с тобой до утра! – сказала Ласточка Принцу. У нее, в сущности, было доброе сердце. – Где же у тебя другой рубин?
– Нет у меня больше рубинов, увы! – молвил Счастливый Принц. – Мои глаза – это все, что осталось. Они сделаны из редкостных сапфиров и тысячу лет назад были привезены из Индии. Выклюй один из них и отнеси к тому человеку. Он продаст его ювелиру и купит себе пищи и дров, и закончит свою пьесу.
– Милый Принц, я этого не сделаю! – И Ласточка стала плакать.
– Ласточка, Ласточка, крошка-Ласточка! Исполни волю мою!
И выклевала Ласточка у Счастливого Принца глаз и полетела к жилищу поэта. Ей было нетрудно проникнуть туда, ибо крыша была дырявая. Юноша сидел, закрыв лицо руками, и не слыхал трепетания крыльев. Только потом он заметил сапфир в пучке увядших фиалок.
– Однако меня начинают ценить! – радостно крикнул он. – Это от какого-нибудь знатного поклонника. Теперь-то я могу окончить мою пьесу! – И счастье было на лице у него.
А утром Ласточка отправилась в гавань. Она села на мачту большого корабля и стала оттуда смотреть, как матросы выгружали веревками из трюма какие-то ящики.
– Дружнее! Дружнее! – кричали они, когда ящик поднимался наверх.
– А я улетаю в Египет! – сообщила им Ласточка, но на нее никто не обратил внимания.
Только вечером, когда взошла луна, она возвратилась к Принцу.
– Теперь уже, наверное, прощай! – издали закричала она.
– Ласточка, Ласточка, крошка-Ласточка! – отозвался Счастливый Принц. – Не останешься ли ты до утра?
– Теперь зима, – ответила Ласточка, – и скоро здесь пойдет холодный снег. А в Египте теплое солнце на зелени пальм, и крокодилы вытянулись в тине и лениво глядят по сторонам. Мои подруги вьют уже гнезда в Баальбековом храме, а белые и розовые голуби смотрят на них и воркуют. Милый Принц, я не могу остаться, но я никогда не забуду тебя и, когда наступит весна, я принесу тебе оттуда, из Египта, два драгоценных камня, вместо тех, которые ты отдал. Алее, чем алая роза, будет рубин у тебя и сапфир голубее волны.
– Внизу, на бульваре, – молвил Счастливый Принц, – стоит маленькая девочка со спичками. Она уронила их в канаву, они испортились, и ее отец прибьет ее, если она возвратится без денег. Она плачет. У нее ни башмаков, ни чулок, и голова у нее непокрытая. Выклюй другой мой глаз, отдай его девочке, и отец не тронет ее.
– Я могу остаться с тобою, – ответила Ласточка, – но выклевывать твой глаз не могу. Ведь тогда ты будешь слепой.
– Ласточка, Ласточка, крошка-Ласточка! – молвил Счастливый Принц, – исполни волю мою.
И выклевывала снова у Принца маленькая Ласточка глаз, и подлетала к девочке и уронила ей сокровище в руку.
– Какое красивое стеклышко! – воскликнула маленькая девочка и, смеясь, побежала домой.
Ласточка возвратилась к Принцу.
– Теперь, когда ты слепой, я останусь с тобою навеки.
– Нет, моя милая Ласточка, – ответил несчастный Принц: – ты должна отправиться в Египет.
– Я останусь с тобой навеки, – сказала Ласточка и уснула у ног его.
А с утра целый день просидела она у него на плече и рассказывала ему о том, что видела в далеких краях: о розовых ибисах, которые длинной фалангой стоят вдоль Нильского берега и клювами вылавливают золотую рыбку; о Сфинксе, старом, как мир, живущем в пустыне и знающем всё; о купцах, которые медленно шествуют рядом со своими верблюдами, с янтарными метками в руках; о Царе Лунных гор, который черен, как черное дерево, и поклоняется большому куску хрусталя; о великом Зелёном Змее, спящем в пальмовом дереве: нужно двадцать жрецов, чтоб кормить его медовыми пряниками; о пигмеях, что плавают по озеру на плоских широких листьях и вечно сражаются с бабочками.
– Милая Ласточка, – молвил Счастливый Принц, – обо многом удивительном рассказываешь ты. Но самое удивительное в мире это – людские страдания. Нет чуда чудеснее нужды. Облети же, милая, мой город и расскажи мне все, чти ты увидишь там.
И Ласточка полетала над столицей и видела, как в пышных палатах ликуют богатые, а бедные сидят у их порога. В темных закоулках побывала она и видела бледные личики истощенных детей, печально глядящих на черную улицу. Под мостом два маленьких мальчика лежали обнявшись, стараясь согреться.
– Нам хочется есть! – повторяли они.
– Здесь не полагается валяться! – закричал на них сторож. И снова они вышли под дождь.
Ласточка возвратилась к Принцу и поведала все, что видела.
– Я весь позолоченный, – молвил Счастливый Принц. – Сними с меня золото, листок за листком, и раздай его тем, кто нуждается. Люди, покуда живут, думают, что в золоте счастье.
Листок за листком Ласточка снимала со статуи золото, покуда Счастливый Принц не сделался тусклым и блеклым. Листок за листком раздавала она его чистое золото бедным, и детские щеки розовели, и дети начинали смеяться и затевали на улицах игры.
– А у нас есть хлеб! – кричали они.
Потом пришел снег, а за снегом пришел и мороз. Как серебряные сделались улицы, сверкающие и блестящие; сосульки, как хрустальные кинжалики, повисли на крышах домов; все закутались в шубы, и мальчики в красных шапочках катались по льду на коньках.
Ласточка, бедная, зябла и мерзла, но Принца не хотела покинуть, так как очень любила его. Она украдкой подбирала у булочной крошки и хлопала крыльями, чтобы согреться. Но наконец она поняла, что настало ей время умирать. Только у нее и хватило силы – в последний раз взобраться Принцу на плечо.
– Прощай, милый Принц! – прошептала она. – Ты позволишь мне поцеловать твою руку?
– Я рад, что ты наконец улетаешь в Египет, – ответил Счастливый Принц. – Ты слишком долго здесь оставалась; но ты должна поцеловать меня в губы, потому что я люблю тебя.
– Не в Египет я улетаю, – ответила Ласточка. – Я улетаю в обитель Смерти. Смерть и Сон не родные ли братья? И она поцеловала Счастливого Принца в уста и упала мертвая к его ногам. И в ту же минуту страшный треск раздался у статуи внутри, словно что-то там разорвалось. Это раскололось оловянное сердце. Воистину был жестокий мороз.
Рано утром внизу на бульваре гулял городской голова, а с ним городские советники. Проходя мимо колонны Принца, голова посмотрел на статую.
– Боже! Какой стал оборвыш этот Счастливый Принц! – воскликнул городской голова.
– Именно, именно оборвыш! – подхватили городские советники, всегда с головой соглашающиеся.
И они приблизились к статуе, чтобы ее осмотреть.
– Рубина уже нет в его шпаге, глаза его выпали, и позолота с него сошла, – продолжал городской голова. – Он хуже любого нищего!
– Именно, хуже нищего! – подтвердили городские советники.
– А у ног его валяется какая-то мертвая птица. Нам следовало бы издать постановление: птицам здесь умирать воспрещается.
И секретарь городского совета тотчас же занес это предложение в книгу.
И свергли статую Счастливого Принца.
– В нем уже нет красоты, а стало быть, нет и пользы! – говорил в университете профессор эстетики.
И расплавили статую в горне, и созвал голова городской совет, и решали, что делать с металлом. – Сделаем новую статую! – предложил городской голова. – И эта новая статуя пускай изображает меня!
– Меня! – сказал каждый советник, и все они стали ссориться. Недавно мне довелось о них слышать: они ссорятся и доныне.
– Удивительно! – сказал главный литейщик. – Это разбитое оловянное сердце не хочет расплавляться в печи. Мы должны его выбросить вон.
И швырнули его в кучу сора, где лежала и мертвая Ласточка.
И повелел Господь ангелу Своему:
– Принеси Мне самое ценное, что ты найдешь в этом городе.
И принес Ему ангел оловянное сердце и мертвую птицу.
– Справедливо ты выбрал, – сказал Господь. – Ибо в Моих райских садах эта малая пташка будет теперь во веки веков, а в Моем золотом чертоге Счастливый Принц будет воздавать Мне хвалу.

Оскар Уайльд в переводе Корнея Чуковского

Обсудить у себя 0
Комментарии (0)
Чтобы комментировать надо зарегистрироваться или если вы уже регистрировались войти в свой аккаунт.

Войти через социальные сети:

Голос Пустыни
Голос Пустыни
сейчас на сайте
Читателей: 36 Опыт: 0 Карма: 1
Теги
авель агапэ агрессия адам альтруизм ангелы армия афоризм бад бесконечность бессмертие библия ближний бог болезнь боль брак вампиризм вера видение вина власть влюблённость внушение вов возвращение война воля воспитание восприятие восстание восток враг время выбор геноцид гесс гибель гитлер глаза город грамматика грех греческий гроза дальний дарвин дерсу дети детоксикация джоконда дипломатия добро доверие доказательство долголетие достоевский древо познания дружба духовность душа дьявол евреи европа единство естественность желание женщина жертва живопись животные жизнь зависимость закон запрет здоровье земля зло знание золото зрение иисус христос иммунитет индивидуальность искренность испытание истина история йога каин карма квант китай кладбище классификация коллективизация коммунизм компьютер кошки красота кулинария культура ласточка лекарство леонардо да винчи лес лето листья ложь любовь люди мания маркс марксизм мастерство материя мать медитация медицина мера мертвецы месть метафизика мечта микробы мировоззрение миссия мораль мошенничество мужчина музыка мысль нагота наказание насилие наслаждение настоящее наука национализм неповторимость ницше нравственность обезьяна образ образное мышление образование общение общество она опыт осень открытие отношения отчаяние отшельничество оуланем очищение память парадигма педагогика первичность песня пессимизм печаль питание поведение подсознание политика польша понимание поэзия правда праведность православие предназначение привлекательность привычное пример принц приоритеты природа притча просветление профессия прошлое психиатрия психика психология путешествие путь развитие развлечения разрушение разум рана растения реальность ревность реинкарнация религия родина родители ругательства самоистязание сатанизм свобода секс семья сердце сиамские сила симметрия сионизм скептицизм скрипка слёзы слово смерть смех смысл смысл жизни собака собственность совершенство сон спасение ссср сталин старость статуя стихи страдание страдания стратегия страх суд счастье тайна талмуд творение творчество телепатия тело терпимость техника тишина тора точка g традиция труд убийство удовольствие урбанизация уродство учение фанатизм фашизм физика философия финляндия фольклор фрейд футуризм характер химия христианство целое цензура ценность человек человечество шизофрения эвенки эволюция эвтаназия эгоизм экология экстремизм эмоции эмоция энгельс эпоха эрос эстетика этика этимология юмор язык япония
все 25 Мои друзья